омимо начавшейся золотой лихорадки в верховьях Лены в минувшем году, в результате научно поставленных изысканий в Енисейской губернии, обнаружены новые богатейшие залежи золотоносной руды. Помимо всего, что уже открыто и разрабатывается на Алтае и в других местах Сибири, в 1923 году при обследовании части Минусинского уезда Енисейской губернии обнаружены новые громадные залежи различных ископаемых. По рекам Большой и Черной Июс, Аскыз, База, Кена, Кемир, Тибин, Тима, Сартыгол и Узунджуру там же найдено золото.
Большие залежи меди найдены в Енисейской губернии в районе Божьего озера, Ефремкина Улуса, по реке Солбановой, в Копьевском районе и в районе урочища Печище. Последнее месторождение приближается по своему богатству к одному из самых богатейших.
Мощные залежи гипса найдены в окрестностях Ирингеева Улуса. Обнаружены серебро-свинцовые руды по Игерголю; магнитный железняк — близ озера Иткуль, по реке Камыште, по Саксарскому хребту, каменный уголь найден по реке Аскыз, у Баинова Улуса, у Коркина Улуса и близ Улуса Тараканова.
Обнаружен асбест по реке Камышта и по рекам База и Аскыз, и т.д. (" Московские известия", дек. 1924 г.}. Открытия все время продолжаются, и результаты их неисчислимы. Так, совсем недавно в окрестностях Байкала и возле Томска обнаружен в огромных количествах гелий, добыча которого может сделать Сибирь мировым поставщиком гелия и единственным конкурентом Америки.
Так как все остальные дела в Сибири в значительной степени зависят от поднятия золотопромышленности и горного дела вообще, то, быть может, сдача русским правительством ряда концессий американцам на эксплуатацию горных богатств на Лене и на Алтае явится лишь возбуждающим средством для подъема дел в этой области, и в ближайшем времени подъем сереброи золотопромышленности двинет и другие отрасли сибирского хозяйства. Поэтому мы здесь должны несколько подробнее остановиться на горнозаводском деле на Алтае. О серебре и золоте Алтая знали многие древнеазиатские народы. Судя по древним примитивным шахтам и штольням, какие сохранились частью и до наших дней, на южных и западных склонах Алтая производилась добыча олова и меди в бронзовый век рабами древневосточных царей. В полусклоненном и сидячем положении под землей ходила и разбирала кварцевые жилы даже наша северная Чудь. В некоторых вновь разработанных были найдены орудия каменного века, и даже полуоруденелый древний рудокоп с кожаным мешком, наполненным отборной охристой рудой.
Барнаул. Базарная площадь шахтах Змеиногорского уезда (рудник Золотушинский)
Мне лично приходилось со свечой ползком на коленях пробираться по таким уклонным узким и низким штольням и было жутко очутиться одному в лабиринтах этих волчьих нор, с остатками костей древних горнорабочих. Когда однажды у меня потухла свеча, я долго не решался искать спичек, потому что думал, что забыл их захватить с собой, а это значило бы длительное и безнадежное блуждание во тьме этих могил.
Так добывались драгоценные металлы древними людьми. Но позже, на целые тысячелетия Алтай как месторождение серебра и золота был по- забыт, хотя название Алтай в буквальном смысле значит "золотая гора".
Но вот по древним, чуть заметным признакам уральский горнопромышленник Демидов в 1723 году начал добывать на Алтае медную руду и свинец для нужд государства, а попутно, тайно от правительства, добывал и серебро, в чем принужден был признаться лишь через 20 лет.
За это время построенный им на реке Локтевке Колыванский завод был перенесен на реку Белую, затем в город Барнаул, где получил название Колывано-Воскресенского". Правительство, узнав о серебре, отобрало все рудники и заводы Демидова в казну под видом личной собственности русских государей. С 1744 года начинается планомерное развитие алтайской горной промышленности, и весь район, где могли быть признаки металлов, зачисляются в Кабинет Его Величества". И под этим титулом в течение почти двух столетий до 1917 года числились все земли Алтайского округа в количестве около полумиллиона квадратных верст (кроме того, около 10000 квадратных верст Нерченский округ в Забайкалье).
Рудные месторождения принадлежат на Алтае к типу жильных, с сильно нарушенным залеганием, пересеченных сдвигами и сбросами, при- чем преобладают охристые и колчеданные. Серебро-свинцовые рудники известны под именами Зыряновский, Салаирский, Черепановский, Путинцевский, Николаевский, Чудак, Таловский и др., хотя в них же позже было обнаружено и химическое золото. Золото добывается во всем Кузнецком Алатау, по Абакану, по верхнему притоку Енисея, в руднике Георгиевском, в Салаирском кряже, в руднике Змеиногорском, Риддерском и на отрогах южного Алтая на левом берегу Иртыша. В самом начале ХХ века частными предпринимателями близ мест рассыпного, то есть верхового, озера, в южных отрогах Алтая, по левому течению Иртыша открыто большое количество рудного золота. Целый ряд новых рудников отличался так называемыми кустовыми или гнездовыми залежами золота,. и на прииске "Удалом", открытом В.И. Часовниковым и потом перешедшим к бр. Рафиковым и Мусиным, мне лично приходилось видеть золотые глыбы с небольшими вкраплинами кварца весом по 2 и по 3 пуда.
Но пока алтайское серебро- и золотопромышленность пришла к такого рода результатам, она подвергалась почти в течение двух столетий тягчайшим испытаниям, да и теперь, благодаря ли чрезмерному азарту частных промышленников или благодаря отсутствию крупных оборотных капиталов, путей сообщения и усовершенствованной техники, золотопромышленность периодами замирает.
Но если мы оглянемся на всю ее историю, то увидим, что кривая этих подъемов и падений сопровождает горную промышленность в течение всего двухсотлетия. Некоторые заводы прикрывались правительством ввиду убыточности даже и тогда, когда еще не было открыто в серебряных рудах присутствия золота, хотя и по серебру в свое время Алтай приобрел мировую известность (П.П. Семенов-Тяньшанский. Западная Сибирь. С. 83).
Несмотря на то, что хищение серебра и золота были явлением обычным, и даже установлено, что например, в 1889 году показана добыча золота: казенная сдача 13 пудов, а частные получения в 135, то есть уменьшено более чем в десять раз, все же мы видим следующую официальную таблицу добычи серебра на Алтайских рудниках:
1733 год — 44 пуда;
1751 — 1761 — по 300 пудов в год; 1769 — 1778 — по 1072 пуда; 1870 — 1881 — по 561 пуду, то есть через сто лет дело пало наполовину, а в следующем 1882 году за один год добыча показана только в 397 пудов. А между тем общее дело не только не падало, но развивалось, и для плавки серебра было построено три специальных завода: Павловский в 1760 году, Гавриловский в 1795 году и Змеевский (или Змеиногорский) в 1804 году". Средняя годовая прибыль была от 600 тысяч рублей до одного миллиона, что по тогдашним временам и тогдашнему бюджету было очень большой цифрой, так как рабочий труд был принудительным, и алтайские горнорабочие получали от трех рублей до тридцати рублей в год.
Здесь следует на минуту задержаться на положении рабочих того времени. Работа в шахтах полуголодных, часто избитых и изуродованных людей была настолько хуже каторжной, что многие кончали самоубийством, многие добивались ссылки на каторгу, многие бежали в глубь гор, на китайскую сторону. Болезнь чахоткой, цингой, сведением конечностей от купоросной воды в шахтах были обычным явлением, и все-таки были рабочие, которые выдерживали 35 лет непорочной службы и получали чистую отставку с пенсией от 6 до 9 рублей в год. Такую чистую отставку могли получить только редкие счастливцы или святые, на которых не поднималась рука у жестокого начальства. Но обычно начальству было невыгодно отпускать таких работников, и оно всегда старалось их чем-либо опорочить или хоть раз побить, чтобы не дать чистой отставки и таким образом задержать на работе.
И все-таки при таком дешевом и самоотверженном труде рудники и заводы ухитрялись приносить убыток и показывали ничтожную выработку серебра, тогда как серебро, благодаря обилию сбыта его из-под полы, дешевело. Ясно, что опять на целые десятилетия устанавливалось мнение об убыточности и бедности алтайского горного промысла.
С другой же стороны, когда до Екатерины II дошли слухи о жестокостях с рабочими и она дала им льготы, рабочие, воспользовавшись ими, стали разбредаться на богатые алтайские поля и предпочитали заниматься земледелием или охотой. Это вызвало увеличение рабочей платы, а следовательно — новый убыток для заводов. Тогда опять была усилена кабала рабочих. Но тогда удорожился труд, так как вокруг рудников и заводов благодаря бесхозяйности повырубили леса и их пришлось возить по бездорожью с далеких расстояний и за дорогую плату. Это снова уронило цифру доходности, хотя добыча серебра показывалась значительно возросшей в цифрах. Создался заколдованный круг. Богатства всюду были очевидны, но брать их почти не было смысла. Чем больше их брали, тем больше они поглощали жертв и денег.
И вот тогда-то, во второй половине XIX века, правительство принуждено было узаконить хищническую добычу серебра и золота, то есть разрешить частную горную промышленность, которая, конечно, предпочла искать и добывать главным образом золото, забросив серебропромышленность. Результаты сразу оказались настолько блестящими, что казенные заводы почти всюду надо было закрывать, а частную промышленность всячески поощрять. Частнопромышленники, пользуясь поблажкой начальства, перенесли всю казенную кабалу на тех же рабочих и, благодаря этому, достигли чудовищных успехов не только в золотопромышленности, но и в добыче других металлов и ископаемых ценностей, меди, железа, каменноro угля и т.д.
Так, в одном Зыряновском руднике в 1891 году было добыто 45000 пудов серебра и два с половиной миллиона пудов свинца. Что касается золота, то его к началу войны" в России было так много, что оно оттягивало карманы каждого обывателя, и все стремились заменить его бумажками. Но никогда и никому не будут известны те правильные цифры добычи золота и серебра, которые могли бы удостоверить действительную их добычу, так как девять десятых его добывалось частными "старателями", искателями счастья и теми многочисленными оборванцами — бродягами по алтайским предгорьям и сибирской тайге, которые в своих котомках постоянно, как пчелы, тащили в населенные места желтые пески и самородки, добытые втихомолку.
Сколько еще лежит в сибирских недрах и в Алтайских горах золота и серебра — это покажет более усовершенствованная и менее хищническая, но серьезная и планомерная разведка.
А пока что алтайскую золотопромышленность не раз дискредитировали ловкие аферисты.
Так, благодаря славе прииска "Удалого" и других на южном Алтае, туда бросились иностранцы. Они увидели и упомянутые выше золотые глыбы, и россыпное золото, и золотой песок, и глаза их были ослеплены несбыточными фантазиями. И всюду, куда бы ни повели счастливые владельцы многочисленных заявок, они увидели хотя бы малые песчинки золота, Первыми и самыми денежными среди иностранцев, конечно, были англичане. Они купили большие площади, образовали крупные акционерные компании, доставили дорогие и тяжелые машины и сухопутные землечерпалки — драги. Чтобы черпать золото уже не лопатами, а пароходами". Но, когда установили драги и стали черпать, то среди степного чернозема и дресвы не мелькнула ни одна золотая песчинка... Драги так и остались ржаветь на месте... Был большой и известный скандал, но ловкие люди были ловко ограждены от неприятностей. Потом все разъяснилось: когда показывали места, то в ковш или на землю, откуда брали для промывки пробы, подсыпали готовый золотой песок в папиросах, которые в это время усиленно курили и, где нужно, нечаянно роняли пепел... В семье не без урода, а среди дельцов не без мошенника. Но этот случай сильно подорвал репутацию алтайской золотопромышленности, хотя не помешал большим деловым людям снова обратить внимание на Алтай и снова двигать возрастание цифр добываемых там ценностей. Где будет предел этому возрастанию цифр — пока никто сказать не может, ибо богатства края все еще можно считать недостаточно разведанными, а быть может, беспредельными.
По крайней мере, о залежах главного двигателя всякой индустрии— каменного угля — это можно сказать твердо и определенно. Каменный уголь обнаружен почти во всех частях Сибири и притом действительно в неисчерпаемом количестве.
Каменный уголь лежит в южной части Енисейской губернии, на севере по течению Нижней Тунгуски, по течению реки Чулым и на самом берегу реки Енисей под названием "Кобековский" уголь. В Иркутской губернии, в южной ее части, уголь найден во многих местах и также близ Иркутска — Черемховские копи. В Южно-Уссурийском крае находятся известные Сучанские копи. В Якутской губернии уголь еще не тронут по течению реки Лены и Алдана. На Камчатке, на берегах Гижигинской и Пенжинской губы, на Сахалине, по среднему течению Амура — где Советское правительство только что сдало англичанам концессию на 46 рудников, в том числе на добычу серебра, свинца, олова и железа — всюду он лежит и ждет своих углекопов. Затем целый ряд угольных залежей имеется в Степном крае, близ г. Павлодара, в бассейне Иртыша, так называемые Экибастузские копи и так далее".
Но самые колоссальные залежи каменного угля, с содержанием летучих от 20 до 40%, при прекрасной коксуемости находятся опять-таки в северо-восточной части Алтая в Кузнецкой котловине", причем залегание его сплошное и простирается в длину до 400 верст и в ширину до 100 верст (Проф. М. Соболев. Добывающая и обрабатывающая промышленность. "Сибирь и ее нужды", 1908). То есть, считая квадрат не везде правильным, мы уменьшим умножение на половину и скажем, что общий пласт угля равняется не менее 20000 квадратных верст.
По сведениям уже 1904 года, то есть двадцать лет тому назад, на всех сибирских копях было занято 4904 рабочих, в том числе под землей 3214 человек, причем на каждого рабочего в год приходилось по 8218 пудов до- бытого угля, тогда как еще в 1890-х годах английский рабочий вырабатывал в год по 18133 пуда (Проф. М. Соболев. Добывающая и обрабатывающая промышленность. "Сибирь и ее нужды", 1908), что объясняется, конечно, разницей техники. В то время, как англичанин работал усовершенствованными способами и машинами и был всячески обеспечен и огражден, наш рабочий производил работу почти исключительно руками, получал ничтожную плату и даже не был застрахован на случай смерти или увечья.
Но несмотря на все несовершенства техники и рабочего вопроса, Кузнецкий каменноугольный бассейн имеет уже широко раскинутую сеть своих сравнительно неплохо оборудованных рудников, свои железные дороги, свою богатую историю и авторитетные исследования.
Между прочим, открыты залежи угля в 1860-х годах опять-таки мимоходом, без всяких поисков. В разрезе крутых берегов реки Томи были замечены черные пласты, и вскоре наиболее сметливые крестьяне стали просто брать уголь и возить его сначала для кузнечных целей, а потом и для домашних, и таким образом дошло до знатоков, а потом и до предпринимателей.
По свидетельству геологов, Кузнецкая котловина возникла еще в начале девонского периода как результат радиальных перемещений, разбивших сплошное до тех пор поле кембрийских образований на горсты (выброшенные вверх участки): Кузнецкого Алатау и Салаира (Кузнецкий угольный бассейн. "Сибирские огни", 1922, #1).
Известный геолог профессор Лутугин угленосные отложения разделил на 6 ярусовых свит, причем толщина одной из них равна примерно 600 сажен с примесью других пород, а суммарный пласт чистого угля в этой толщине достигает 36 сажен, что дает около 6% угленосности, и эта свита является беднейшей, ибо прочие свиты восходят до 16% угленосности.
По подсчетам геологических партий Лутугина, принимавших суммарную мощность пластов всех свит лишь в 45 сажен, запасы угля Кузнецкого бассейна на Алтае" — не менее 15000 миллиардов пудов. Другой геолог, проф. Усов исчисляет эти запасы по крайней мере в 120000 миллиардов пудов.
Между тем добыча этого угля, все время развиваясь и совершенствуясь, все же сравнительно ничтожна, а именно: в 1904 году было добыто 17'/, миллионов пудов, а по сметным предположениям нынешней добычи на сезон 1926 — 1927 годы намечено добыть 70 миллионов пудов, причем если даже это количество будет добыто, то погрузка его и подача в срок, как признается докладчик (Кузнецкий угольный бассейн. "Сибирские огни", #1, с. 122 — 123), "по причинам расстроенного транспорта будет, вероятно, практически неосуществима". И это несмотря на то, что много угля находится в пластах, выше уровня рельс и не нуждается в рытье глубоких шахт.
Докладчик, жалуясь на многочисленные изменения в планах и заданиях теперешних работ, на чрезмерную ударность, которая вносит путаницу в планомерность дела, на жилищную нужду для рабочих и на общие условия работ, видит "выход из запутанного положения в срочной разработке общего плана лучшими специалистами горного дела".
Другими словами, если бы даже при усовершенствовании работ удавалось добывать в Кузнецком бассейне по 1000 миллионов ежегодно, и тогда запасов угля хватило бы на 1200000 лет.
Таким образом, лучшего аргумента неисчерпаемости сибирского и, в частности, алтайского угля, я думаю, представить невозможно.
